Я, Липанова Людмила Анатольевна, родилась 8 октября 1959 года. В этом году 2019 буду отмечать свой 60 день рождения.
Родилась я на Кубани, родители мои кубанские казаки, сохранившие до сегодняшних дней свои обычаи, песни, предания и особый стиль в одежде. Своеобразный язык общения вобрал в себя приятную мягкость украинского языка и важную твёрдость великого русского языка.

Самые первые мои детские воспоминания связаны с жизнью в бараке, который принадлежал табак-совхозу. Здесь работали мои родители после переезда от дедушки с бабушкой, у которых осталась жить мамина сестра с ребёнком. Живя здесь, я впервые увидела как выращивают табак. С больших цветущих табачных растений, которые иногда вырастают выше кукурузы, срывают большие листья в корзины, мешки и увозят на переборку.

Однажды наша соседка по комнате в бараке взяла меня с собой на работу. Под большим навесом лежали горы сорванных листьев табака и женщины нанизывали их на прочные нити с помощью большой и длинной иглы. Я тоже нанизала несколько листьев на верёвку и была очень довольна своим трудом.

Дальше эти верёвки с листьями табака мужчины вешали под навесы для сушки.Для меня было все интересно, листья табака казались сверху липкими и от них исходил какой-то дурманящий сладкий аромат.

Наш барак находился недалеко от полей с посевами, люди ходили на работу пешком. Жили в бараке семьи с детьми, все в одной большой комнате. Для всех была одна кухня, а туалет на улице. Все младшие дети, такие как я играли во дворе. Я почему-то первое время не нравилась местным и ребята иногда меня “лупасили”, я приходила домой со слезами на глазах. Однажды папа, видя мои опухшие от слез глаза, посоветовал давать сдачи. С тех пор меня никто не обижал, я давала сдачи.

Вскоре у меня появилась сестричка, но видно работа на табачных полях повлияла на мою беременную маму и маленькая сестричка моя заболела и умерла, не дожив до полутора лет. Я видела как она болеет, как плачет мама и только сейчас я понимаю как это было страшно и больно смотреть маме, как угасает жизнь к крохотном тельце её ребёнка.

После всех горьких событий наша семья переехала жить в город Белореченск, Краснодарского края. Папа был у меня строитель, плотник, а мама работала в поле. Родителям дали квартиру в совхозе,во втором отделении. Квартира была однокомнатная, с высоким потолком, большим окном и входная дверь сразу открывалась на улицу.
Дом стоял на краю села недалеко от небольшого ставочка с камышами. Я не помню посещения садика, помню, что всё время была дома сама.

Родители работали, я росла и собиралась уже в школу.

В моё время родители не учили детей дома перед школой, мы шли в первый класс, не зная ни одной буквы, цифры, стишков для утренников и первого звонка.

Первый раз в первый класс


В первый класс мне купили школьную форму, портфель с тетрадками в клеточку и в косую линию, и выделили папину чернильницу с нарисованным петушком.
Школа была одноэтажная в здании, где находился клуб и почта. Школьный двор был большой рядом с фруктовым старым садом. Во дворе мы отдыхали и занимались физкультурой: бегали, прыгали, играли в игры, ходили по бревну.
Детей было мало. В двух классных комнатах находились по два класса. Первый и третий, второй и четвёртый. Учитель сначала занималась с учениками одного класса, давала им задание, потом занималась с другим классом.

Спасибо большое нашим учителям, они привили нам важные качества: внимательность, упорство, тягу к новым знаниям. Заложили в наше сознание потребность к развитию, дисциплину, человеколюбие и сознание потребности тебя и твоего будущего труда обществу, стране.

Сегодня многие люди не испытывают свою нужность обществу ни своим трудом, ни своим знанием, нет идеи, которая двигала нами.

Конечно были в посёлке и дети старших классов, учиться их возили в школу на центральной усадьбе. Мы жили дружно. И выходные дни фильмы в клубе, вечерами собирались на школьном дворе играли в мяч — “в выбивного”, прыгали на скакалках, ребята гоняли по двору с мячом, играя в футбол.

А как было весело зимой!

Зимы у нас снежные, морозные. Старшие ребята делали горку, заливали водой для образования ледяной корки, чтобы лучше было скользить по ней. На такой горке собирались много людей разных возрастов, катались до поздней ночи.
Разбежишься, начинаешь скользить на согнутых ногах и где-то в середине падаешь и скользишь” на пятой точке”. Разбегались, ехали друг за дружкой чем дальше, тем лучше, как правило, образуя в конце “кучу малу” из упавших. Мы первоклашки катались вместе с взрослыми и нас никогда не выгоняли. Иногда старшеклассники подхватывали нас на скользкой дорожке на руки, потому что мы вечно были у них под ногами, стараясь без очереди выскочить на “скользанку”.

Катались так, что на штанах образовывались ледяные “катышки”, было жарко и весело. С таких горок родители не могли нас дождаться и забирали нас силой.


Так потихоньку проходили дни, в селе строили новые дома, магазин, медпункт. Нам выделили новую квартиру в доме на четыре семьи. Квартира была из двух больших комнат, красивой веранды, ступенек и собственного дворика с палисадником. Это был рай для семьи, за домом имелись для каждого сарайчики, в которых можно было держать какую нибудь живность.

Училась я хорошо, легко. В начальной школе мы проучились только до третьего класса, а в четвёртый нас стали возить в другую школу на окраину города Белореченск. Это было связано с новой программой обучения, которую начинали с четвертого класса. Мы начинали пользоваться иксами и игриками, а раньше их использовали только в 6 классе.

Помню мама, работая тогда на почте, в подарок мне выписала наложным платежом, большую куклу с огромными голубыми глазами и с золотыми волосами. Она закрывала глаза, говорила “мама” и можно было заплетать косички с бантиками.

Семья наша увеличилась, у меня появилась младшая сестричка, которую я очень люблю. Пусть всегда всё у неё будет хорошо. Сестричку носили в ясельки, а когда родители дома были заняты, мне приходилось её нянчить.

В четвертый класс

В школу нас возили на машине грузовой, на кузове которой стояла деревянная будка с лавками. Залазили мы на машину по железной лестнице на заднем борту. Возили нас и весной, и осенью, и зимой, несмотря на холод, дождь, снег и грязь. И мы, дети ездили спокойно, стараясь аккуратно забраться на машину, не вымазав свои чулки, форму и иногда белые фартуки. Школьную форму с белым фартуком всегда надевали на праздники, торжественные линейки.

Наша новая школа тоже была одноэтажной, с длинным коридором, в который выходили двери всех классных комнат. В этой школе нам предстояло учиться до десятого класса.
Во дворе школы был спортивный комплекс для занятия физкультурой: беговые дорожки, устройства для прыжков в длину и высоту, для метания ядра, деревянная стенка и бревно. На уроках физкультуры мы бегали стометровки, различной длины кросс, прыгали и делали зарядку. Нашим здоровьем занимались основательно.

Из этого периода мне сильно запомнилось несколько событий, о которых хочется рассказать.

В то время не верили в бога, но бабушки и дедушки в тайне от всех продолжали ходить в церковь. Бабушка Маша, взяв на себя всю ответственность, окрестила меня и у меня была крёстная мама — папина сестра Марина, которая жила на первом отделении. Работала она на сборе клубники и меня отправили на каникулах поесть клубники.

На работу тётя Марина взяла меня как помощницу. Поле было засажено клубникой полосами, шириной наверно 1-1.20 м, а длинной на все поле. Между полосок были дорожки и ходили рабочие, в основном женщины, с берестяными лукошками, куда собирали спелые ягоды клубники. Это был клубничный рай — кругом спелые крупные ароматные ягоды, так и хотелось их все съесть.


Мы взяли полоску и стали убирать клубнику, в основном собирала клубнику моя тётя, а я больше отправляла спелые ягоды в рот. Наевшись клубника, я стала больше помогать собирать ягоды в лукошки. Полные лукошки с клубникой увозили на рынок в город, а часть, отправляли на завод, где делали клубничное варенье и джем.


В шестом классе

У меня очень долго болел аппендицит, бывало пока привезут меня с болью на грузовой машине в городскую больницу по местным просёлочным трясучим дорогам, боль проходит. Везут назад домой. Наконец в шестом классе мне его вырезали. Я была дома долго, по какой-то причине у меня не заживала рана, постоянно гноилась и я ходила на перевязки.

И вот уже поздней осенью мне разрешили посещение школы. В тот год снег выпал рано, было холодно и скользко. Я была одета как шарик, мама боялась за моё здоровье, чтобы я не застудила свою заживающую рану. Приехав в школу, как всегда перед началом урока многие катались на появившихся ледяных дорожках. Невозможно было пройти, чтобы не попасть на скользкий лёд. Ребята подшучивали над девчонками, подставляя ножки и падая вместе с ними. Помню незнакомый мальчишка толкнул меня на ледяную дорожку и я плюхнулась как колобок. После болезни, стало очень больно и обидно, что не могу встать. Мне помогли подняться наши ребята и мои подружки, а незнакомый паренёк получил от наших местных ребят “тумаков”и пояснение, что меня нельзя толкать, я после операции. Вот такая у нас была трепетная дружба детей с одного села, стояли друг за дружку горой.

Море и Сочи

Я не знаю сколько зарабатывали мои родители, но мы ездили на море. В первый раз мы поехали в гости к маминым родственникам в Сочи. Даже в то время город был особенный, с пальмами, с вечнозелёными деревьями, пирамидальными кипарисами и множеством клумб с яркими красивыми цветами.


Город был очень красивый, утопал в зелени, насыщен особым ароматом цветов и моря, а море было удивительным. Спокойное, бирюзово-синим, спокойно набегавшей волной, а на другой день могло стать тёмно-синим, с высокой волной и белыми барашками на гребне. Такие волны всё сильнее хлестали берег, как будто наказывали за какую-то оплошность. Море такое огромное и необъятное было не сравнима с нашими реками, весной полноводными, к лету тихими и обмелевшими.

У нас в городе Белореченск течёт река Белая. Она хотя называется так, но на самом деле цвет воды какой-то светло-коричневый. Течение бурное и вода всегда холодная. Помню, научившись на ставке вместе с гусями плавать, впервые попав с родителями на Белую, было так интересно нырять. Течение уносило далеко, нырнув здесь, выныривал метров десять по течению. Это было так интересно и весело.

В Сочи родственники мамы держали отдыхающих, всё было занято, поэтому побыв недолго у них мы с семьёй уехали. Потом мы ездили с отцом в Туапсе к двоюродной сестре отца и к племяннику в Новороссийск.

В Новороссийск мы поехали морем на “Камете” на водных крыльях. Поездка была захватывающая. Вокруг море, берег вдалеке, немного страшно, но интересно. На море была небольшая волна и при движении катера были слышны ее удары о катер. Я почему-то до самого Новороссийска боялась, что крылья у катера сломаются и мы не сможем доплыть до берега.

Влюбившись в море, родители выросшие на берегах небольших рек и речушек с их мутными весенними потоками и летним мелководьем, решили перебраться ближе к морю, к Чёрному морю.

Переезд в Крым


И вот в 1973 году наша семья, родители и мы с сестрой, переезжаем в совхоз “Керченский”, недалеко от города Керчь, оформив документы на переселение. В Крыму нужны были рабочие на стройку, на животноводческие фермы, в поле для выращивания овощей и винограда. Родители получили переселенческий дом с огородом, двором и сараем. Вода была в колонке, туалет на улице, но в каждом дворе свой. В доме было три комнаты, прихожая с чуланчиком и веранда под стеклом, за входными дверьми были ступеньки.
Дом нам очень понравился, было много места, свободно. Кухню родители обосновали на веранде, все остальные комнаты стали жилыми.

В новой школе

В Крыму в школу я пошла в 7-й класс. Школа была ещё в старом здании, в доме бывшего помещика. Оно хорошо сохранилась, и если бы не большое количество школьников, здание можно было использовать ещё долгое время. Двухэтажное здание с железной лестницей внутри, с классными комнатами на обоих этажах. Детей было много и обучение происходило в две смены. Я в седьмом классе училась во вторую смену.

Рядом со старой школой, строили современную новую школу с большими окнами, широкими коридорами, с современным спортзалом и тиром для тренировок по сдаче норм ГТО.
Здесь, в этой новой школе, я закончила 10 классов и поступила в Симферопольский сельскохозяйственный институт им. Калинина. В настоящее время наш институт стал академией. Но всё по порядку.

Учились мы во вторую смену, домашние задания приходилось делать поздно вечером, а стихи учить с утра. В Крыму преподавали украинский язык и литературу, но так как мне было уже поздно изучать язык, я на уроки по украинскому языку могла не ходить. А вот украинскую литературы пришлось мне посещать, потому что был выпускной экзамен по этому предмету.

Было интересно читать украинскую литературу по-русски и рассказывать заученные стихи с русским акцентом. Стихи приходилось просто заучивать, потому что некоторые слова я понимала, некоторые нет. Когда ты разучиваешь стихи русских поэтов, ты воспринимаешь не только слова, но и главную мысль, поэтичное звучание слов в предложениях, ты понимаешь о чём ты рассказываешь. Когда не знаешь значения слов или не можешь проникнуться задумкой автора — стихи не учатся, а заучиваются. Вот так было со мной. Я хоть по рождению кубанская казачка, но свою сознательную жизнь не жила в станице своих дедушки и бабушки.

Раньше на летние каникулы всем школьникам задавали прочитать большие произведения многих авторов, так как сделать это в школьное время было накладно и не всегда получалось. Мы шли в сельскую библиотеку, брали тематическую литературу и художественную для души и читали.

В мою молодость читали много разной литературы и читали все, даже родители. Вечерами выключали телевизор, там всего была одна программа, и читали за столом, на диване, в кровати.

Я любила сначала читать сказки разных народов, потом сказки, написанные авторами, а потом я “подсела” на фантастику. Книги с научной фантастикой уходили на “ура”, проглатывались, как бутерброт. Все приходившие новинки в библиотеку сразу попадали ко мне. Я читала быстро и если книга сразу увлекала, могла прочитать её за сутки в ущерб домашним делам, за что иногда получала нагоняй от родителей.

Так вот на следующие летние каникулы задали нам прочитать произведение Панаса Мирного “Хиба ривут волы, як ясла повни”. Я это произведение читала долго, усердно переводя в голове прочитанные предложения. Это было тяжело, но я его осилила.
В тот же год меня поразило произведение Льва Толстого “Война и мир”. Я прочитала все тома и некоторые моменты даже перечитывала. Я была влюблена в Болконского, мне нравился стиль написанного произведения, читалось легко и захватывало. Я даже не ожидала, что тематическая литература по русской литературе мне так понравиться.

Есть еще одно произведение от которого я до сих пор в восторге — это “Тихий Дон” Шолохова.

Когда в школе стали изучать произведения Льва Толстого, я даже с учителем спорила по поводу вывода о положительном герое “Война и мир”. Мне нравился Андрей Болконский, бравый офицер, я считала, в меру тщеславный, знающий, привлекательный. Я про него писала даже сочинение и помню процитировала автора: “ Плох тот солдат, который не мечтает стать генералом”. И за такое понимание произведения получила оценку 4 за содержание — это было вольнодумство моё, потому что положительный герой был Пьер Безухов. Мой персонаж не был положительным героем по программе школьного обучения.

Моя юность

Годы проходили, я становилась старше. Ходили с подружками по выходным в кино на вечерние сеансы, даже на танцы. Провожали ребята нас домой. У меня были две подруги, мы дружили втроем. Участвовали в школьных вечерах, ездили на различные тематические олимпиады по физике, математике, литературе, возили нас на экскурсии на материковую Россию в города герои.


В девятом классе мы с группой учеников с нашей школы ездили на экскурсию в Брест и Волгоград. Нас водили по музейному комплексу “Брестская крепость, рассказывая о героической защите своих рубежей немногочисленным отрядом воинов пограничников. Подвиг простых людей, стоявших насмерть за своих родных и близких, и в целом страны нас потряс и воодушевил, в душе была гордость за наших дедов. Я до сих пор испытую большую благодарность ко всем ветеранам и участникам тыла за их великий подвиг, который дал возможность нам ЖИТЬ.


Я по математике занимала призовые места и собиралась поступать в университет на факультет прикладной математики. У нас был прекрасный учитель математики, который был так мной доволен, что обещал помощь при подготовке к вступительным экзаменам, если я буду что-то не знать. Учительница по физике тоже хотела, чтобы я продолжала обучение на факультете физики, но мечтам не суждено было сбыться.


Селу нужны были агрономы — хорошие знающие специалисты, уважаемые люди на селе и хорошо зарабатывающие, по мнению моих родителей. Закончив школу, я поступила сразу в Крымский сельскохозяйственный институт им. Калинина в городе Симферополь. Аттестат у меня был с пятерками и все экзамены я сдала на четверки. Суммарный балл мой был выше проходного, тогда конкурс у нас был три человека на одно место. О своем поступлении я знала уже после собеседования. Родители мои были в восторге, что у них старшая дочь будет иметь высшее образование и вернется домой дипломированным специалистом — агрономом.

К концу августа пришел вызов с института о зачислении на обучение, предоставлении общежития, что нужно иметь с собой при заселении и для занятия физкультурой. Так я стала студенткой.

Учеба в институте

Студенческая жизнь, взрослая жизнь. Вокруг такие как ты и старше тебя, ребята прошедшие службу в армии, проработавшие несколько лет на производстве, а потом поступившие на обучение. Все разные, но увлеченные своей будущей профессией. Я поступила на факультет плодоовощеводства и виноградарства, с первичной обработкой винограда — виноделие.

Первые два курса были общеобразовательные, но немного углубленные. Высшая математика, химия, биология, физика и т.д. Учились, сидели в библиотеке, делая домашки и рефераты по темам. Изучали дополнительную литературу, развивая свои мозги и расширяя кругозор.

А вечером в общежитии готовили кушать из домашних припасов, слушали музыку, ходили в гости в комнату к тем у кого был телевизор, общались. Устраивали чаепитие у тех, кто угощал вкусным вареньем или привезенными с дома пирожками. Жили дружно, весело.

На выходные общежитие вымирало. Местные уезжали домой к своим семьям, за новыми припасами, а оставшиеся студенты, которые жили далеко, старались поехать в Симферополь на какую-нибудь премьеру в театр, кино, цирк.
Наш студенческий городок с институтом располагался в поселке, на окраине города. Ходил специальный автобус, доставляя нас минут через 20 в центр, где находились, да и сейчас находятся все театры, цирк, кафе и рестораны, магазины.

При институте была столовая с трехразовым питанием, дешевая, стипендии хватала на питание в столовой, но иногда готовили в общежитии из привезенных домашних продуктов, экономя деньги на кино, кафе и для небольших обновок для себя.

В студенческие годы мы обошли с рюкзаками весь Крым. Пещерные города Мангуп-Кале под Бахчисараем, водопад “Джур-Джур” под Алуштой, Долина привидений под горой Демерджи, пещеры и озера.


Тогда еще не было специальных тропинок и дорог для подвоза экскурсий, тогда все нужно было пройти ножками по горным тропинкам, только подъезжая на троллейбусе по трассе до населенного пункта. Дальше рюкзаки на плечи и вперед в гору, вечером привал, палатки со спальными мешками, костер и вкуснейшая каша, приготовленная из обычных продуктов.


Туристические походы приносили массу эмоций, впечатлений. Красота Крыма и до сих пор радует и поражает приезжающих на отдых людей.

Походы были не только в горы. Я была на первом концерте Аллы Пугачевой, когда она стала известной и пела на большом стадионе в Симферополе. На концерте молодого Льва Лещенко и других артистов, которые часто приезжали к нам в Крым.

Я жила в комнате с девочкой, которая жила в Массандре, знаменитой в наше время, известной за пределами Крыма своими винами и винными погребами. Мы ездили к ней в гости, а вечерами старались попасть в Ялту, где постоянно выступали московские знаменитости. Ялта красивейший город, окруженный лесами с крымской сосной, с чистым морским воздухом, еще не огромная, а уютная, с канатной дорогой и красивой набережной. Такую я помню мою первую ЯЛТУ.

Особое внимание хочу уделить Никитскому ботаническому саду, в котором работали многие ботаники, написаны кипы листьев диссертаций, защищены докторские. Это музей всего природного наследия земли. Это удивительное место и я люблю его посещать до сих пор.

Третий курс принес нам профессию, дисциплины связанные с будущей работой: агрохимия, химзащита растений, земледелие, овощеводство, плодоводство, виноградарство и конечно научный коммунизм. Это было серьезно и важно.
Изучали, корпели, запоминали, разбирались и готовились к дипломной работе.


Во время обучения нашему институту было присвоен Орден Знак почета и теперь наш институт назывался Ордена Знак почета Сельскохозяйственный институт им Михаила Ивановича Калинина. Мы были горды, что являемся студентами такого знаменитого вуза.

Четвертый курс. Сдав государственные экзамены на отлично, защитив дипломную работу по виноградным саженцам тоже на отлично, стали ждать распределения на работу по специальности. Распределения были по всей Украине и по Крыму. Мне предлагали по желанию ехать работать агрономом под Киев, но я захотела остаться в Крыму. Мне предложили остаться работать на кафедре овощеводства младшим научным сотрудником с последующим преподаванием, но я рвалась поднимать совхозы, вкладывать свои знания в производство. Я пообещала вернуться в аспирантуру через год, два, но руководитель кафедры не поверил и сказал, что я уже не смогу вернуться. Замужество, быт, рождение детей и работа не дадут мне вернуться. Он был прав и я много раз жалела о том, что не прислушалась к опытному человека и не смогла больше заниматься научной деятельностью.


Работа по специальности

Распределили меня в богатое хозяйство совхоз-завод “Коктебель”, которое в то время 1983 год, выпускало прекрасные вина и коньяки, ординарные, крепленые, знаменитые мускаты и мадеру. Все склоны и равнины были засажены виноградом, совхоз имел свои животноводческие фермы и посевные площади для зерновых культур, сады и овощи открытого и закрытого грунта (теплицы). Все кругом поливали и получали хорошие урожаи. Все условия были созданы для работы и нормальной жизни рабочих совхоза.

В совхозе было три отделения, 14 виноградарских бригад. Рабочие выращивали виноград для изготовления вина, а также различные столовые сорта винограда для употребления в свежем виде. Виноград отправляли в такие города как Москва, Ленинград, Киев. Виноградари и виноделы совхоза трудились не покладая рук и благодаря им совхоз был миллионер. Зарплаты были хорошие, люди получали премии, ордена и медали. Своевременно проведенные операции по уходу за виноградным кустом способствовал высоким урожаем солнечных ягод.

Старые менее эффективные виноградники заменялись новыми молодыми. Ликвидация старых виноградников проводилась по плану почти каждый год. На освободившиеся плантации высаживали саженцы более продуктивных сортов с лучшими показателями качества.


Микроклимат и особенное расположение плантаций винограда создавала предпосылки для более качественного вина и будущего коньяка. Вина и коньяки Коктебеля впитывали в себя благородство наших долин, важность наших гор и сладость нашего крымского солнца.


На этом предприятии я проработала много лет бригадиром виноградарской бригады, вышла замуж, вырастила двух детей. Сегодня имею четверых внуков — старшему будет 19 лет, а младшему 4 года. Сейчас я отдыхаю на пенсии, но душой еще на плантации винограда, смотрю как развивается куст, сколько гроздей развиваются на однолетних побегах.


Как себя чувствует куст, нет ли признаков заболевания. Виноград живет своей жизнью, выращивая с нашей помощью качественный урожай, впитавший в себя воду, солнце и труд виноградарей.